и ставить на кон столь многое!
На это Вильям предпочёл промолчать. Спорить было бы глупо. Врат выше ста метров едва ли десяток по всему миру. Их держат под особым наблюдением. Первые попытки рейдов были провальны не только в Японии. Отряды высшего уровня погибали в полном составе. Именно в таких вратах были потеряны и первые Спящие. Но врата Японии — единственные подобные врата с низким уровнем энергии. А японское отделение Ассоциации — единственное отделение, у которого есть Спящий с сильными исцеляющими способностями.
— Я жду вашего ответа. Не стоит молчать, ведь мы здесь и сейчас тратим время, чтобы выслушать вас, Вильям Аткинсон.
— Что же… В таком случае я заверю вас, что в моих действиях нет ни капли спешки. Я прекрасно знаю, какое значение для мира… Нет, какое значение для вас, господин Азур, и других лидеров играет проект два-ноль. И я ни в коем случае не позволил бы себе рисковать жизнью мальчика напрасно. Я собрал отряд, которому ещё не было равных. Трое спящих и госпожа Анастасия будут в составе передовой группы. Саму группу поведёт не кто иной, как Рик Алет. В его опыте не стоит сомневаться. Я созвал команду эс-класса. И могу поклясться чем угодно, группы сильнее ещё не было в мире.
— Ваше желание столь велико, что вы отказываетесь признавать препятствия, я вижу.
— Я признаю препятствия, и я собрал силу, способную с ними справиться. Способности исцеления и уже набранный опыт Сато Юки не стоит недооценивать. И, если вы не доверяете моим суждениям, я бы позволил себе предложить рассмотреть Сато Юки как одного из участников грядущей международной встречи. Возможно, ваши сомнения будут развеяны, если вы сами пообщаетесь с прототипом два-ноль и его не менее выдающимися опытными телохранителями.
Азур нахмурился. Длинные, тонкие пальцы с эбонитовыми ногтями — скорее когтями, как бы странно такой маникюр ни смотрелся, — отбили резкую дробь. Чувствуя сомнения Азура, Вильям рискнул настоять:
— Я нижайше прошу вас, господа, позволить мне закончить этот рейд. Позвольте ещё раз заверить: подготовка, состав группы и состав сопровождения подобраны на высшем уровне. Все возможные риски я свёл к минимуму. И я в этом уверен. Также я уверен, что такой поход многократно ускорит подготовку Сато Юки.
Новая дробь когтей по столу. Неразличимый шорох голосов других лидеров. Хоть они говорили достаточно громко, Вильям никогда не мог разобрать слов, если этого не позволял Азур.
— Хорошо, — наконец прозвучало согласие. — Я дам Японии этот шанс. И не забудьте, вы поклялись «чем угодно». Как минимум вашим местом и рангом в Ассоциации. Провал недопустим, Вильям. И за провал вы расплатиться не сможете.
С этими словами Азур щёлкнул пальцами, и все семеро лидеров растворились в золотой дымке. Вильям сдержал ругательства и накатившую дрожь.
Нет. Не-е-ет. Такой шанс он не упустит, и провал невозможен.
Здесь и сейчас он обеспечил будущее себе и исполнение сделки с Сато Юки, не вызвав притом подозрений. Мальчишка переживал за «цену»? Что же, пусть считает себя везунчиком. Вместо короткого шага, Вильям Аткинсон только что постелил ему красную ковровую дорожку на самый верх.
Оказавшись у цели, Сато Юки перестанет видеть в Вильяме врага. И тогда уже Вильям получит своё. Всё, что нужно — немного времени. Оно пока есть.
Пока есть…
Перелёт в Токио потерялся за мыслями. Вильям толком не помнил, как его встретила машина, как водитель привычно остановился у ворот особняка, как открылась дверь с прекрасной резной отделкой. В чувство привёл шорох колёс инвалидного кресла по дорогому паркету:
— С возвращением, отец. Как прошло?
— Том! — Вильям искренне улыбнулся, не глядя бросил плащ на вешалку и обнял сына. Покачал головой: повязка на незрячих глазах опять промокла и сползла. Том пытался быть самостоятельным, отказывался от сиделок, но, увы, пока не справлялся, заставляя Вильяма беспокоиться в каждой поездке.
Но скоро… Скоро этому придёт конец. Сато Юки задолжает Вильяму столько, что сам даст в руки силу, способную поставить Томаса на собственные ноги, вернуть ему глаза и давно стёртую иномиром улыбку.
Большие Токийские врата нужны не Японии и уж точно не Прототипу два-ноль. Они нужны Вильяму Аткинсону. И Вильям своё не упустит.
Глава 41
Поезд шёл быстро, без остановок. В Токио отправились ближе к вечеру, чтобы все успели расслабиться и хорошо выспаться перед утренней встречей. А ждали их — ни много ни мало, — в главном здании японского отделения Ассоциации.
Юки до сих пор не мог принять, что ВСЁ здание принадлежит Ассоциации — ведь речь шла о Тораномоне, самом высоком небоскрёбе района Минато и Токио в целом. Двести пятьдесят пять метров в высоту, пятьдесят два этажа и ещё пять под землёй. Высота значилась как «архитектурная», но имело ли это какое-то значение? Много лет назад отец был здесь на одной из деловых встреч, и маленький Юки с восторгом рассматривал фотографии.
Взрослый Юки оказался в списке самых важных гостей и, как обмолвился Аткинсон, мог рассчитывать на самый тёплый приём. Это тоже плохо укладывалось в голове вчерашнего школьника. Пусть прошло уже много времени с момента пробуждения и даже с юбилея, думать о себе как-то иначе у Юки не выходило.
Тем временем Ассоциация предусмотрела в небоскрёбе всё, включая ресторан высшего уровня и гостиницу на десять звёзд из семи. Признаться, перед такими перспективами бледнели даже сами врата, из-за которых небольшой отряд ехал в Токио в специально выделенном для него составе.
Личных поездов у Ассоциации тоже хватало.
Юки вдруг понял, что эта организация могла без проблем купить хоть весь Синкансэн.
Сайто восторга не разделял. А Юки быстро надоело дёргать утонувшего в очередной игре друга. Уж что-что, а верную консоль тот не забывал никогда. И зарядник к ней. Сколько бы ни развивались планшеты и мобильные устройства, Сайто оставался верен файтингам на Нинтендо. Сейчас Юки наблюдал на небольшом экране последние моменты Райдена из «МК-11». Сайто скривился, глянул в окно и засунул консоль в карман.
— Грёбаный нервяк, — прошипел он, — даже привычные персы не тащат.
— Предлагать книжку не буду, — усмехнулся Юки. Его давно клонило в сон, так что очередной томик «Теории игр» лежал в руках скорее для красоты.
В тишине элитного вагона разносились отзвуки музыки из наушников Михо. Юки из интереса попробовал угадать, что за песни, но так и не смог определиться классика это или
